"Православная Церковь в ее таинствах богослужении, обрядах и требах" протоиерей Г.С. Дебольский, репринт, изд. "Отчий дом", 1994 г.
 
________________________________________
 
 
Помянники
 
Для поминовения усопших имена их пишутся в "помянниках" или "синодиках", которые издревле называются диптихи, что с греческого значить двойные или из двух частей составленные книги; потому что в них вписывались для поминовения при богослужении имена живых, по крещении или присоединении их к Церкви, и имена умерших[1]. Начало сих книг жизни и смерти относится к древним временам. О книгах жизни и смерти, хотя в смысле духовном упоминает в откровении св. Иоанн Богослов: "и видех мертвецы малые и великия, стоящя пред Богом, и книги разгнушася: и ина книга отверзеся, яже есть животная: и суд прияша мертвецы от написанных в книгах по делом их" (Апок. 20, 12). О поименном поминовении умерших по диптихам, бывшем в первые времена христианства, свидетельствуют постановления апостольские[2] и св. Епифаний Кипрский, жившие в IV веке[3]. Так православная Церковь издревле молится о спасении живущих и умерших, начертанных в книгах жизни и смерти.
 
Коливо или кутия
 
При поминовении умерших православною Церковью употребляется, по древнему обычаю, "коливо" или (похоронное) "кутья", состоящая из зерен подслащенных. В некоторых древних установлениях монастырских о коливе сказано: "коливо сиречь пшеница варена с медом и изюмом"[4]. Зерна знаменуют воскресение мертвых и жизнь будущего века. Ибо Сам Господь сказал: "аще зерно пшенично пад на земли не умрет, то едино пребывает; аще же умрет, мног плод сотворит" (Иоан. 12, 24). Ап. Павел говорит: "ты еже сееши, не оживет, аще не умрет: и еже сееши, не тело будущее сееши, но голо зерно, аще случится, пшеницы или иного от прочих: Бог же дает ему тело, якоже восхощет, и коемуждо семени свое тело" (1 Кор. 15, 36-38). "Подслащение" зерен знаменует наслаждение благами вечной жизни[5], "ихже не леть человеку глаголати" (2 Кор. 12, 4). Употребление кутии или колива относится к древним временам христианства. Об этой скудной и похоронной пище упоминается в древних богослужебных книгах[6], и в житии Феодора Тирона, повелевшего в IV веке епископу Евдоксию приготовить коливо для христиан во время первой седмицы св. четыредесятницы, которую: Юлиан Отступник хотел было осквернить кровью идольских жертв[7]. 

Песнопения, в коих содержится молитва об умерших, называются в богослужебных книгах "мертвенными и заупокойными".

 
________________________________________
[1] Teodorit. histot. Ecclesiastic. Lib. V cap. 34.
[2] Кн. II, гл. 4.
[3] В изложении веры, XXIII.
[4] В дополнении к историч. актам 1846 г., том I. № 135, 1590 года, указы о трапезах Троицкого-Сергиева и Тихвинского монастырей.
[5] См. молитву над коливом.
[6] В уставе церковном, в служебнике и требнике.
[7] Дни богослужения, час IV, о субботе первой недели св. четыредесятницы.
 

________________________________________
"Православная Церковь в ее таинствах богослужении, обрядах и требах" протоиерей Г.С. Дебольский, репринт, изд. "Отчий дом", 1994 г.